Category: дети

head

Дисклаймер.

С секретностью подзамочных записей я считаюсь только в случае, если речь идет личном для писавшего или его знакомых , идеях, которые нежелательно обсуждать, и тому подобному.
Никакая подзамочность не является оправданием в случае подлости в отношении других.
Если при мне скажут нечто мерзкое в отношении третьих лиц даже в узкой компании- я постараюсь сделать так, чтобы высказываное было распубликованным и подлость оказалась на виду. Предупреждаю заранее и не рекомендую вносить меня в друзья, если Вы ждете иного.
Я не провожу френдполитику строгой взаимности. Зафрендивших меня время от времени проглядываю - но нечасто. И статус тысячнега- тоже не предмет моих вожделений и мечтаний. Так что если Вы хотите и считаете, что можете быть мне интересны- надежнее отписаться здесь, чем просто френдить меня в надежде на взаимность.
Автоматически удаляются френды, размещающие рекламные постинги без указания, что это рекламные постинги.
Я- человек консервативный. Не зовите меня в контакт, мордокнигу, одноглазников и прочие, прости Господи, социальные сети. Меня там ( особенно в мордокниге) раздражает все, без исключения. Даже если где-то я и завел аккаунт- ради поддержания связи с кем-то конкретным, которого в другом месте нет, а в почту писать отчего-то влом- что там делать сверх диалогов, я не знаю и никогда не узнаю.
И еще. Я чихать хотел на запреты на цитирование и прочие копрорайтные заморочки. И, разумеется, всячески приветствую цитирование неподзамочного меня- неподзамочного, оттого как подзамочно у меня может быть либо сильно личное, либо черновикия.


Я меньше всего склонен отрицать право человека мыслить, писать и дышать на французском, ивритском, эсперантском или эльфийском языках.
В то же время настаиваю на моем праве читать исключительно на русском и советском языках.
Поэтому экс-френдов, переведших свои уюутненькие на то, что ныне именуют украинским языком (на моем родном советском языке украинским именовали нечто иное)- прошу не обижаться на самоочевидное действие.
И еще. Господа копипастеры! Я все, конечно, понимаю, ЖЖ приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Но меня френдить при этом- абсолютно бессмысленно. Если на первой странице Вашего глубокоуважаемого дневничка я обнаруживаю исключительно перепосты ( даже перемежаемые котиками собственного инстаграмма)- Вы меня не заинтересуете, нет. Разве что Вы- юная дева и перемежаете копипасты интимными автофотами- я могу еще подумать...
Неплюшевый мишка

Из раннего детства

Не матерью, но тульскою крестьянкой
Еленой Кузиной я выкормлен. Она
Свивальники мне грела над лежанкой,
Крестила на ночь от дурного сна.

Collapse )

С полутора лет - с утра до вечера рос я у няни- русской крестьянки Матрены Андреевны Малкиной. Не могу сказать, откуда в той - по странному совпадению с классиком , тульской - деревеньке, откуда ее с мужем занесло после войны в покойный город Душанбе, взялась эта вполне кошерная фамилия. Но знаю точно, что кроме фамилии, все остальное было там- русское. Такое, какого уже в те годы в СССР, а тем более в Таджикистане, было не так уж часто сыскать.
Крепкая деревянная изба, поставленная на пустыре, который только еще через пару лет стал обрастать другими домиками .Детская память сохранила то удивление, когда огромная пустошь после возращения из первой запомнившейся мне поездки- уж не помню куда- оказалась перекопана и стало некуда убегать от "бабы Матрены" . Впрочем, расстраивался я недолго, очень скоро наловчился прятаться под грузовиком , с тайной помощью таджика-шофера ( "дядя Пахерджон") у которого тайком выпрашивал сладости ( дома и у няньки мне их не давали из-за диатеза) и заодно выучил первые таджикские слова.
В избе- чистенькая горница, иконы в красном углу - Матрена была по-народному, твердо и тепло верующим человеком, и пасхальные куличи, крашеные яйца, пост, о котором я еще не знал, что он называется Великим- все это как-то естественно вошло в мое детство. Конечно, родители- атеисты мне объяснили, что Бога нет , и последнюю точку в нашем с ними споре на эту тему временно поставил Гагарин, слетавший и Бога не нашедший- но полумрак и таинственно проглядывающий лик ( лампочку Ильича и газ в избу провели, когда новый квартальчик был уже достроен- мне тогда было уже года четыре с лишним. А до тех пор каша, которой меня кормили в обед, готовилась на печке, куда подкладывать дрова и уголь было моим любимым занятием- на огонь я мог смотреть чуть ли не часами) мне все равно был понятнее роительских объяснений. Впрочем, когнитивного диссонанса я не чувствовал- я просто пришел к умозаключению, что Иисус тоже любит прятаться, как и я. И спрятался от Гагарина и родителей в икону, а если его как следует позвать и попросить- может и показаться. Или помочь по секрету.
А вместе с кварталом вокруг нянькиного домика рядом построили завод, куда перешел ( сначала на стройку, потом на сам завод) работать нянькин муж- дед Семен. Через него мне открылась другая грань взрослой народной жизни- бочка с разливным пивом, мужики, пьющие кружку за кружкой вначале молча, потом, по мере того как душа наливалась винным духом, начинавшие что-то нестройно петь... Первый стаканчик пива в этой очереди я отведал года в три с небольшим."Наивная" Матрена отправляла меня после смены за мужем- чтобы тот не загулял и не напился. А когда часа через полтора мы возвращались, я подробно рассказывал, как мы ходили гулять, как дед Семен спасал меня от злой собаки или злых мальчишек... Уже потом я понял, что без меня теми тремя кружками на его долю и стаканчиком на мою не обошлось бы. А работяг почему-то умилял вид карапуза , молча и серьезно потягивающего с ними пивко и тоненьким голоском подпевающего ( пару раз мое вмешательство даже остановило начинающуюся было драку). И до сей поры с времен тех дальних... любимое мое занятие- засесть в какой-нибудь гадюшник на тель-авивской автостанции и неторопливо поглощать рюмку за рюмкой в компании окрестных проституток и иностранных рабочих, прислушиваться к их разговорам . И вот только сейчас, вспоминая те посиделки, я понял наконец- что же мне это занятие дает.
Наверное, главное, с чем впитывается "национальный дух"- все-таки не молоко матери, а чай и пиво няни...